Роберт-младший сидел на кровати в смежной с его кабинетом комнате, просматривая соглашение о разводе от Адрианы, полученное им сегодня утром. Две верхние пуговицы его рубашки были небрежно расстегнуты, обнажая шею и ключицы.
Каждое слово, набранное безупречным шрифтом, официально перечеркивало почти три года их совместной жизни. А у него были другие дела. Множество других дел. Например, новый перспективный контракт для «Барр Индастрис». Винсент Стонтон, несмотря на то, что несколько месяцев назад едва не отправил на своей приватной вечеринке Джейсона на тот свет, данное ранее обещание все-таки выполнил. Отель в Дублине, приобретенный «Роялс», было поручено обставлять «Барр Индастрис».
И суммы закупок и поставок: мебели, тканей, красок и других отделочных материалов — в некоторых статьях содержали в себе целых шесть нулей.
После реорганизации торгового центра в Барселоне это была самая крупная сделка для фирмы. И острая нехватка рядом Джейсона, его светлой головы и помощи даже в мелочах, ощущалась как никогда прежде.
Его приятель уже почти три месяца находился на реабилитации в Анкоридже. К тому же, вероятно, по-прежнему не рассматривал вариант продолжения своей работы в «Барр Индастрис». Даже если вернется в Лондон через полгода, постоянно будет пропадать на собраниях анонимных алкоголиков и наркоманов.
А он, конечно, поддержит друга в его очередных шагах к трезвости, хотя уже сейчас скучал по денькам, когда они с Джейсоном вместе работали.
Поэтому, учитывая ситуацию, Роберту-младшему не стоило отвлекаться от насущных цифр, но бумаги о разводе в его руках не давали думать ни о чем другом. Адриана приложила к документу записку. Сухую и краткую: «Просто подпиши». Пункт раздела имущества был также краток. Треть «Барр Индастрис», «Лас-Сиренас» и квартира в Мадриде. И ничего из этого Роберт-младший оспаривать не собирался. Адриана вносила огромный вклад в фирму, остров принадлежал ей еще до их брака, а делить жильё, когда в его распоряжении целый собственный отель, было бы нелепо. Да, треть «Кларидхе» Адри в итоге тоже получит, но сути это не меняло. Проблема в том, что, если он подпишет бумаги, через полгода они с Адри будут разведены. И затянуть процесс можно лишь одним способом — оспорив законные претензии жены. Поэтому он и чувствовал себя на распутье, не понимая, как ему правильно поступить. Тем более Адри продолжала жить в Мадриде и помогать ему в «Барр Индастрис». И сама объясняла это тем, что их разрыв не означает, будто остальные аспекты жизни ее не устраивают. Ему хотелось надеяться, что дело не только в удобных привычках, но и в оставшихся чувствах жены к нему. Но, увы, с возрастом он становился более циничным и менее наивным.
Едва Роберт попытался снова вернуться к цифрам предлагаемого контракта, в дверь номера кто-то настойчиво постучал. Он решил, что это Пилар — его секретарь. Деловых встреч на сегодня у него не запланировано, в том числе с Адрианой. Но мелких проблем и недочетов никто не отменял.
Стук повторился — более громкий, требовательный и ритмичный.
— Войдите, — ворчливо бросил Роберт-младший недовольный тем, что его отвлекли.
И тут же скривился и напрягся, когда в номер вошла Лорена в шлейфе своих приторно-сладких духов. С бутылкой шампанского в одной руке и коробкой из его любимой кондитерской в другой.
— Твоя секретарша сказала, что ты здесь.
— Разве мы договаривались о встрече?
Роберт отложил в сторону бумаги. Лорена, как обычно, была хороша. Боевой раскрас на лице, чуть собранные на затылке рыжие волосы, джинсовое платье с молнией во всю длину. Они за последние месяцы периодически пересекались на каких-то светских мероприятиях, куда она приходила с Гусманом, но лично не говорили с той ночи, когда Адриана застала их у его кабинета.
— Ты теперь холостяк, Роберт. Не вижу смысла заранее согласовывать наши личные встречи. Кстати, пирожные — шоколадные. Твои любимые.
Лорена протянула перед собой коробку с пирожными. А он почти прокомментировал, что никаких личных встреч между ними вообще не должно существовать в природе. Но знал — для неё всё это окажется пустым звуком. Судя по шампанскому и сладостям, она настроена решительно.
— Гусман снова… в Берлине? Париже? Токио?
— В Сиднее. Ты же, конечно, слышал последние новости.
Лорена отставила на комод шампанское и пирожные, затем помахав ладонью в воздухе. На безымянном пальце её правой руки красовалось кольцо с огромным бриллиантом. И Роберту хотелось бы иронично думать, что это дорогущее кольцо безвкусно, как и всё, что исходит от Лорены, но приходилось признать: кольцо выбирал Гусман Моралес, которого сложно заподозрить в отсутствии вкуса.
— Ты пришла, чтобы я тебя поздравил? Тут я скорее посочувствую Гусману.
— На самом деле, я имела в виду не свою помолвку. Хотя с радостью приму твои поздравления. Ты не мог не слышать, Роберт, что Гусман претендует на пост нового министра экономики Испании.
— Все-таки отхватила крупную рыбу.
— Лишь благодаря тебе.
— Поэтому пришла? Поблагодарить меня?
— Отпраздновать.
С этими словами рука Лорены легла на молнию ее платья, и она потянула бегунок вниз, останавливаясь на середине. Бюстгальтера на ней в этот раз не было.
Роберт был уверен: на ней полностью отсутствует любое нижнее бельё, и цель прихода Лорены вполне прозрачна.
Она подошла к кровати и скинула все его папки на пол, в том числе документы о разводе.
— С чего ты решила, что я буду с тобой спать?
— Изменять тебе больше некому. А я очень соскучилась по сексу с тобой.
— Как же твоя измена?
— Ты же не думаешь, что Гусман настолько наивен?
— И все равно женится?
Лорена нагнулась к нему, медленно расстегивая пуговицы на его рубашке, затем стаскивая. Её пальцы мягко коснулись его плеч, скользнули по его груди, оставляя за собой раскалённый след.
Роберт не сопротивлялся. Его сердце забилось чаще, и он невольно подался вперёд, навстречу её движениям. И разбираться не хотел, почему Моралес позволяет невесте себе изменять. Или это просто удобная версия самой Лорены, а ее женишок не в курсе похождений своей будущей жены?
Тем более он точно знал, что переспит с Лореной. Раз уж Адри намерена развестись с ним из-за измены, которой не случилось, он имел право на реванш.
— Я беременна.
Лорена отошла немного от кровати и до конца расстегнула молнию, стягивая с полностью обнажённого тела платье. Она знала: ему нравится то, что он видит перед собой сейчас. Беременность пока ни на грамм не изменила её тело.
— Надо же, в этот раз твой трюк удачно сработал.
Роберт и бровью не повел. Его даже не интересовало, Моралеса это ребенок или нет, если беременность реальная.
Он с предвкушением откинулся на подушки, давая понять Лорене, что она может делать с ним все, что захочет.
Отредактировано Келли Хант (Сегодня 09:34:05)
- Подпись автора
Крейг был плохим парнем, стремящимся стать хорошим, и хорошим парнем, с дурными наклонностями.
#Mylogo {width: 100%; margin: auto;}
