— Что ты мне запрещаешь?
— Я запрещаю тебе сходиться с Иден Кастилио!
Роберт опешил от подобного безапелляционного заявления сына.
Был поздний вечер, почти ночь. Куинн, Натали и Эрин уже отправились спать. Адриана задерживалась на работе в редакции и должна была заехать за мужем, как только освободится. Поэтому они с Робертом-младшим провели тихий мирный семейный вечер у Куинна.
Позже оставшись в гостиной с сыном наедине, Роберту показалось, он нашел идеальный момент сообщить младшему о своей предстоящей поездке. Надеясь получить от него хоть кроху понимания.
Но теперь сын сверлил его взглядом, полным негодования и обиды. Вот только, с каких пор малец решил, что имеет право указывать ему, как поступать? И с чего вообще взял, что они с Иден собираются быть вместе? Но на лице Роберта-младшего продолжало читаться непреклонное детское упрямство, вперемешку с обидой. Такое же выражение часто появлялось на лице Эйдана, когда что-то шло не так, как ему хотелось. Например, нельзя было смотреть телевизор больше положенного времени или нужно было возвращаться с улицы, когда темнело, а ему хотелось еще немного поиграть с друзьями. Определенно, Роберт-младший сейчас был похож на шестилетку.
— Позволь спросить, с чего ты сделал подобный вывод?
— Потому что ты намерен лететь в Санта-Барбару!
— И что из этого, Роберт?
— Не ради же Крейга Ханта ты туда собрался?
— Почему мне не навестить старого приятеля? С Келли я тоже буду рад увидеться.
— Как и с миссис Кастилио!
— С Иден тоже. Не вижу в этом ничего предосудительного. Тем более она все еще замужем.
— Много лет назад тебя это не остановило.
— Сейчас мы породнились.
— Смешно!
— Я теперь с Флейм, сын.
— Как лицемерно, отец! — Крикнул Роберт-младший, и не собираясь сдерживать себя.
Спокойные и логичные ответы на его вопросы выводили из себя не меньше, чем постановка перед фактом — отец все-таки летит в Санта-Барбару.
Не сказать, что это был совсем уж неожиданный удар в спину. Конечно, он ждал подобного и уже давно. Иначе ни за что не обратился бы за помощью к Флейм Бофорт. Поэтому и решил не церемониться, лучше сразу и доступным языком объяснить отцу свою точку зрения на его поездку. Версию, что она необходима для того, чтобы восстановить свою личность, Роберт во внимание принимать не собирался. Всего лишь удобное прикрытие.
— То есть ты не одобришь ни одну женщину рядом со мной?
— Любую, кроме твоей убийцы и матери Адрианы!
— Эй, вы чего кричите? Разбудите Натали и Эрин.
Куинн сразу же спустился вниз в гостиную, как только услышал разговор на повышенных тонах брата и племянника. Не понимая, какая вдруг кошка могла между ними пробежать. Ведь оставил он их всего десять минут назад за мирной беседой, во вполне благостном расположении друг к другу. Неужели младший все-таки рассказал отцу о сомнительной просьбе к Флейм?
Роберт-младший резко обернулся к отчиму, удачно попавшему под горячую руку. К нему у него тоже была куча претензий.
— Ты знал о Санта-Барбаре?
Куинн непонимающе посмотрел сначала на племянника, потом вопросительно взглянул на брата, пытаясь разобраться, что происходит. Братец выглядел весьма недовольным и отчего-то смотрел сердито на него, а не на сына, с которым явно что-то не поделил.
— Видимо, сейчас я пожинаю плоды воспитания тобой моего сына, братец.
— Не переводи разговор на Куинна, отец. И я задал вопрос!
Роберт-младший вновь уперся упрямо-вызывающим взглядом в отчима.
— Понятия не имею, о чем идет речь и причем тут Санта-Барбара.
— Ты не в курсе планов брата? Удивительно. И даже научные подтверждения не нужны. Близнецы предпочитают одних и тех же женщин.
— Не расскажите причину вашей ссоры?
Куинн больше обращался к брату, чем к племяннику. Роберт-младший, очевидно, был слишком сердит, чтобы что-то объяснять.
Роберт решил, лучше отвлечься на разговор с братом, потому что пытаться что-то доказать сыну сейчас не представлялось возможным из-за его негативного настроя.
— Я лечу в Санта-Барбару. Собираюсь официально восстановить собственное имя. Но Роберт с чего-то решил, что я лечу туда, чтобы воссоединиться с Иден.
— А это так?
— Нет. И ты туда же?
Куинн усмехнулся. По крайней мере, сейчас он знал, чем так недоволен племянник. Но временно решил все-таки выбрать сторону брата. Не стоило потакать детским капризам пасынка.
— Роб, разве твоя ревность к Иден не осталась в прошлом, после той нелепой попытки отомстить ей?
— Это не ревность. А желание предотвратить катастрофу.
— Что возвращает нас к твоему чудесному воспитанию, Куинн.
На претензии брата Куинну было плевать. Тем более сейчас весь гнев Роберта-младшего был направлен на родного отца. Что выглядело более естественным в сложившейся ситуации. Чем бесконечные лицемерные попытки делать вид, что Роберт-старший не провалился по всем фронтам, а его сын с мудростью все это принимает и оправдывает.
— Но я хоть что-то делал, братец. А не развлекался с Флейм Бофорт, попутно заводя с ней детишек. И выступать арбитром между тобой и твоим сыном точно не хочу.
Роберт решил, что с него достаточно. Претензий сына, поучений от братца. Он обратился к Роберту-младшему:
— Надеюсь, когда я вернусь из Санта-Барбары, ты повзрослеешь.
— Ты собираешься сходиться с матерью Адрианы или нет?
— Нет. Но даже если так выйдет, твоего разрешения или Адрианы мы точно не станем спрашивать.
Его отец покинул гостиную, направляясь на задний двор. Роберт-младший едва сдержал себя, чтобы капризно не топнуть ногой ему вслед, поэтому вновь сосредоточил внимание на отчиме.
— По-твоему, я не прав? Очевидно же, для чего отец летит в Санта-Барбару.
— Для меня нет, Роб.
— Он ведь должен понимать, что ставит под угрозу наш с Адрианой брак.
— Почему? Подобной ерунды достаточно, чтобы поколебать ваши чувства друг к другу?
— Нет, но…
— Что но, Роб?
— Это же ненормально, когда сходятся родители своих женатых детей! Ты не можешь одобрить этого.
— А я должен? Послушай меня, в одном мой брат прав. Тебе давно пора повзрослеть, Роб. Если твой отец и Иден захотят быть вместе после всех этих лет, ни твоего разрешения, ни Адрианы им для этого не понадобится.
Отредактировано Келли Хант (2026-03-21 18:30:43)
- Подпись автора
Крейг был плохим парнем, стремящимся стать хорошим, и хорошим парнем, с дурными наклонностями.